Я медленно повернул голову.
Ну да, последний замок был открыт, крышка была поднята, а значит, поднялась и решетка входа.
Последний замок был открыт… Замок был… Замок…
— Андрэ, ты чего так на меня смотришь? — Жанна остановилась и опасливо отступила на полшага, прикрывшись щитом.
Впрочем, это ей не помогло. Скользнув ей за спину, я двумя движениями разоружил девушку, после чего резво начал стягивать с опешившей целительницы платье.
— Андрэ… ты… — впрочем, она не сильно сопротивлялась.
— Жан, у меня недавно было ОЧЕНЬ много стресса… — ухмыльнулся я, одной рукой давя девушке на плечо, заставляя опуститься на колени, а второй расстегивая ремень.
— Пф… — фыркнула она. — Дурак ты… и свинья…
После чего система просигналила об активации способности «доминирование», а целительница умело заработала ртом…
Мы неторопливо шли по коридору. Я был относительно бодр и негромко мурчал под нос какую-то прилипчивую, как лужа варенья, мелодию, а Жанна бросала на меня довольно странные взгляды.
И вот мы пришли.
— Эм… Это что? — задал я тупой вопрос.
— Развилка, — прозвучал не менее тупой ответ.
Перед нами действительно была развилка — коридор выводил в небольшую круглую комнату, посреди которой стоял здоровенный камень, а из самой комнаты вело еще три выхода.
На камне было красивым шрифтом выбито послание.
...Налево пойдешь, хрен еще десять комнат пройдешь!
Прямо пойдешь, пять комнат и выход найдешь!
Направо пойдешь, сразу на волю скользнешь!
ПыСы.: Стих! Сам сочинил! Ма Оу.
— И что это значит? — растеряно спросила моя аптечка с сиськами.
— Прибить нас уебок хочет, — мрачно ответил я.
Тут все было, с одной стороны, понятно, а вот с другой — стоило подумать.
В самом начале, в письме, Ма Оу, чтоб у него всю жизнь все унитазы были забиты, говорил про двадцать комнат. Следовательно, левый путь — это тот, что был задуман изначально. Полный продуманных ловушек, странной херни и прочего. Прямо — это, скорее всего, его сокращенная версия. Причем, зная этого засранца, еще и усложненная до предела. Ну а последний путь — это самоубийство чистой воды, потому как там, скорее всего, только одна комната, в которой меня поджидает глобальный пиздец, уже смазывающий вазилином свой огромный толстый хер.
Однако, кто сказал, что точно такой же пиздец не поджидает меня на двух других путях? Если честно, я совершенно не уверен, что переживу еще десять комнат. Нет, я скорее точно уверен, что сдохну намного раньше. То же самое и с пятью — там, насколько я понял характер Ма Оу, остались только самые мерзкие из первоначального варианта. Зато третий путь, как наиболее очевидная ловушка, может сработать. Ведь никто в здравом уме не сунется в прекрасно видную мышеловку, следовательно, и с приманкой в самой мышеловке, и с ее устройством особо парится никто тоже не будет. К тому же, просто математически шансы пройти одну комнату больше, чем пять или десять комнат. Тем более, что моя жопа чует одинаковую опасность от всех трех путей.
Вывод какой?
— Идем вправо, — вздохнул я.
Уже метров через десять за поворотом коридора мы увидели закрытый радужной пленкой вход в комнату. А рядом на стене табличку.
...Выбрали самый короткий путь? Хех, не ожидал.
Комната с особыми условиями. Активируется только после входа всей группу. Победите стража и получите свободу!
— Всей? — аж икнула Жанна.
— Угу, — кивнул я.
— А может, вернемся? — жалобно попросилась она.
— Поздно, — ответил я, ткнув пальцем за спину.
Там уже опустилась решетка, перегородив путь обратно. Больше не слушая лепетаний целительницы, я просто взял ее за руку и утянул вслед за собой.
Нам открылась очень интересная картина.
Мы стояли на небольшом каменном карнизе на склоне горы. Пейзаж был захватывающим и пугающим одновременно: хмурое небо с низкими серыми тучами и голые пики коричневатых гор вокруг на сколько хватало глаз. Прямо за нашими спинами обнаружился огромный вход в какую-то круглую пещеру.
— Ох, как мне это не нравится… — пробормотал я, вытаскивая полуторник.
За карнизом вниз уходил резкий обрыв. Сам бы я с трудом, но смог бы спуститься, а вот Жанна на такой трюк точно не способна. Наверх ситуация была та же самая. Значит путь один — внутрь пещеры.
— Туши светляка и ныкайся за теми камнями, — приказал я, ткнув пальцем в сторону сваленных у входа в пещеру булыжников. — Если что, визжи погромче.
— Угу, — кивнула она.
После чего, убедившись в том, что девушка надежно забилась между валунами, я пару раз глубоко вздохнул и пошел внутрь пещеры. Проход был настолько широким, что тут спокойно мог пройти мамонт, а стены в некоторых местах подозрительно оплавлены и закопчены, что наводило меня на совсем уж неприятные мысли о моем противнике.
Проход закончился просто титанических размеров куполообразной пещерой, часть которой занимало небольшое озерцо. С одной стороны этого водоема было что-то вроде каменного леса из сталактитов, сталагмитов и сталагнатов, а с другой — ровный оплавленный пол, местами просто погребенный под грудами разнообразного барахла, преимущественно из золота и серебра.
А на самой большой куче лежал ОН.
Ну вот и тот самый пиздец. И хер у него просто колоссальных размеров!
На огромной груде драгоценного барахла спал здоровенный зеленый дракон. Тварь была размером с небольшой автобус и имела классические европейские черты — чешуя, четыре лапы, мощный длинный хвост, гибкая шея с вытянутой зубастой мордой, рога, костяной гребень вдоль позвоночника и пара перепончатых крыльев.